NaisHome

Буря. Которую не ждала, которую не учел ни один прогноз погоды, которую не предсказала кошка. И ни один лист на яблоне не шелохнулся, даже рябь не пробежала по воде. А вот уже яблоня уже стоит голая, облетело белое кружево. Не будет плодов, не будет детям радости. Сучья сброшены на землю, разноцветные ленты – в грязь.
Стою, смотрю потерянно, опустила плечи и слезы на глазах.
Это только первый порыв ветра, только начало. Думала, минет меня эта напасть, обойдет лихо стороной. Не ставила заборов, не сажала пса у крыльца, не боялась воров и обманщиков. Верила только в свою удачу.
Вот, опять меняется ветер. Надо уйти в дом, закрыться и молиться о том, чтобы выдержали стены. И еще о том, что основание, на котором строила, все же не оказалось песком. Иначе просто уже не будет сил начать все заново.

Наверное, прошел год или два, после того, как они расстались. То время каждое утро ОНА начинала с молитвы. То была очень простая молитва, за детей, за себя и за ЕГО дом. Если для НЕГО этот дом все, о чем ОН может мечтать, пусть будет у НЕГО дом и друзья, которые будут приходить к НЕМУ.
Каждое утро ЕЙ становилось так легко, день пролетал в заботах, а ночью очень редко ОН снился ЕЙ.
Кстати, они виделись иногда, кивали друг другу издали, но не заговаривали друг с другом.
Жизнь стала жизнью, ветер – ветром, море – морем. А однажды она набралась смелости и пришла на холм. И увидела – стены. Именно такие, какие и должны были быть. И ветки яблони, как же, ведь ОНА тоже хотела, чтобы ветки яблони были совсем рядом с окном.
ЕГО дом стал ЕЕ домом, нет не ИХ ДОМОМ, еще нет, просто ОНА воочию увидела воплощение своих мечтаний и плоды своих молитв. И это придало ЕЙ сил!
ОНА знала, каким будет крыша ЕГО дома, каким будет крыльцо, и даже сколько ступенек будет – знала. Приходя каждый раз к холму смотрела – да, так.
И наступил момент, когда ЕГО дом распахнул двери, чтобы впустить всех, кто хотел бы войти. И ОНА вошла вместе с ними. Они были такими же как ОНА.

Это было такое замечательное место, где бы ОНА хотела жить. ЕЙ даже казалось, что ОНА была здесь раньше, очень давно.
Вот здесь у ручья на склоне холма будет стоять дом. Тот дом будет открыт всем, таким же как ОНА. Ветер играл ЕЕ волосами, ОНА закрыла глаза и задумалась. И не заметила, как подошел ОН.
ОН тоже когда-то здесь был, это было так же ясно, как вскоре выяснилось и то, что ОНА любит ЕГО. Им было хорошо вместе, они гуляли в холмах, держась за руки, и говорили о доме. Очень нескоро ОНА поняла, что говорили они о разных домах: ОНА говорила об ИХ ДОМЕ, а ОН говорил о СВОЕМ ДОМЕ.
Как же так, спрашивали ЕЕ глаза, разве этот дом не будет нашим?
На прощание ОН пожелал ЕЙ счастья, большого человеческого счастья.
Первое время счастья не было, казалось, не было вообще ничего. Пустота и тишина. ОНА больше никогда не приходила к холму, перестала думать про дом и даже остригла волосы, которых касалась ЕГО рука.
Пустота всегда требует заполнения, и вот постепенно ЕЕ душу стали заполнять горечь, обида и злость. И когда ОНА однажды увидела свое отражение в черной луже мутной болотной воды, ОНА в испуге отстранилась, не узнав себя.